Единый госэкзамен разрушил единую школьную программу. По данным Общества защиты прав потребителей образовательных услуг, против введения ЕГЭ выступают 97% россиян. О том, почему это детище реформ стало самым нелюбимым, что надо срочно менять и почему, “МК” рассказал президент ОЗППОУ Анатолий СИДОРЕНКО.

— Анатолий Савельевич, как общество оценивает вступление ЕГЭ в штатный режим?  

— В 2009 году наше правление провело социологический опрос “Ваше отношение к ЕГЭ”. В нем приняли участие более 12 тыс. респондентов из 62 регионов страны, в том числе 86% — выпускники школ и их родители, 13,5% — учителя и 0,5% — директора школ. Подавляющее большинство — более 97% респондентов — высказали отрицательное отношение к Единому государственному экзамену.  

Правда, хочу сразу оговориться. Власти усиленно призывают “не обострять ситуацию вокруг ЕГЭ”, и это правильно. В стране начались выпускные, а с ними и вступительные экзамены. А значит, при всем несовершенстве выбранной модели итоговой аттестации менять ее сейчас поздно: начнется неразбериха, от которой в первую очередь пострадают дети.

Негосударственные учебные заведения приравняют к государственным. Федеральная антимонопольная служба сочла неконституционным исключение частных вузов из госпрограмм поддержки образования. Восстановить справедливость должен революционный законопроект, проходящий последние согласования в правительстве. Его принятие впервые откроет доступ к бюджетным местам для частных вузов.  

По количественным показателям российская система платного образования уже обходит государственную: коммерческими у нас являются до 70% студентов и около половины вузов (более 670). Учат они по тем же специальностям, что и государственные. Да и дипломы, заручившись госаккредитациями и лицензиями, выдают такие же. А вот прав и возможностей, констатировала Федеральная антимонопольная служба (ФАС), имеют на порядок меньше: ни участия в госпрограммах поддержки образования, ни бюджетных вложений в материальную базу, ни госфинансирования вузовской науки.

10 видов мошенничества с результатами Единого госэкзамена. Единый госэкзамен был призван покончить с коррупцией. Но пока мы видим, что она просто спустилась с вузовского уровня на школьный. “МК” выявил десять ныне существующих способов мошенничества при сдаче ЕГЭ.

До 2009 года ЕГЭ числился экспериментом. Чиновники думали, что ведут его над детьми, но ошибались: эксперимент был обоюдным. Пока власти обкатывали новые правила, школьники искали способы их обойти. И преуспели: в год перехода ЕГЭ в штатный режим они вошли с десятком опробованных способов покупки его результатов — коллективных и индивидуальных, надежных и не очень, технически продвинутых и старых как мир.

Страховщики вербуют педагогов в агенты, а школьников — в клиенты. До сих пор считалось, что дети ходят в школу учиться, а учителя — учить. Но страховой бизнес решил покончить с этим отсталым взглядом на вещи. Как стало известно “МК”, в России готовится к введению программа “Страхование в образовании”, превращающая школьников в субъект добровольно-принудительного страхования от травм и гибели. Их учителей — в сдельно работающих страховщиков. А специально создаваемые агентства страхования социальных рисков — в фирмы с миллионными счетами.

28 августа 2008 года Экспертный совет по социальным программам Приволжского федерального округа принял решение о начале реализации проекта в своих регионах. В некоторых из них (например, в Удмуртии и Чувашии) процесс уже пошел. И то ли еще будет по всей России.

Глава государства готов скорректировать реформу образования. По мнению независимых экспертов, кризис — неподходящее время для радикальной ломки социальных областей жизни. Реформы, проводимые в экономрежиме, притом неоднозначные с точки зрения последствий и крайне непопулярные в обществе, вряд ли будут эффективными. В полной мере это относится и к образованию. Причем призывы ввести мораторий на наиболее одиозные меры, как показали последнее заседание Российского общественного совета развития образования (РОСРО) и съезд российских ректоров, звучат не только с левого края политического спектра страны.

В аналитической записке президенту, составленной зампредом думского Комитета по образованию Олегом Смолиным и научным руководителем Московского государственного университета экономики, статистики и информатики Владимиром Тихомировым, говорится: “по аналогии с решением о приостановке административной реформы” надо “отказаться на период кризиса от реализации любых мер образовательной политики, способных вызвать социальное напряжение в обществе”.

В среду вечером ответ на этот вопрос искал Общественный совет при Минобрнауки и нашел - образовательный кредит. К началу кризиса число студентов-платников в России перевалило за две трети их общего состава. Таким образом, угроза лишиться из-за безденежья образования нависла над подавляющим большинством студенчества. А для кое-кого стала реальностью: по данным Ассоциации негосударственных вузов, в деканаты все чаще поступают заявления с просьбой реструктурировать задолженность по оплате, а количество перешедших на помесячные расчеты с вузом за обучение лишь за последние два месяца увеличилось в 3-5 раз и продолжает расти.

В сложившихся обстоятельствах Минобрнауки предлагает свои антикризисные меры для студентов и молодых специалистов. Например, всех желающих из числа выпускников вузов будут доучивать и переучивать, а тем, кто решит работать, создадут максимум рабочих мест.

Средства на помощь уже выделены. Главными проблемами 2009 года станут “трудоустройство молодых специалистов и обеспечение возможности продолжить учебу студентов”, признался на коллегии Рособразования глава ведомства Николай Булаев. Но тут же подсластил пилюлю, пообещав не сокращать бюджетного финансирования на образовательные нужды.

Денег выделят даже больше, чем в 2008-м, сообщил г-н Булаев “МК”, однако перераспределения средств не избежать: все защищенные статьи бюджета (зарплаты и стипендии) профинансированы в полном объеме, а вот строительство объектов образования полностью заморозят.

Тем не менее ближайшие 2—3 года будут  сложными, считает министр образования и науки Андрей Фурсенко.

Проблемы уже начались.

В открытом письме Путину педагоги объясняют, как устранить проблемы в системе образования. Письмо, в котором педагогическая общественность жалуется на засилье проблем в российской системе образования и требует устранить пробелы законодательства, появилось на днях в интернете. Адресовано оно Владимиру Путину. Однако, как настоящие профессионалы, учителя не только предъявили условия задачи, но также огласили пути ее решения.

Главным образом учителя недовольны введением новой системы оплаты труда. Заработная плата с начала учебного года рассчитывается за “класс-комплект”, то есть за фактическое число учеников в классе, а не количество отработанных часов. В связи с этим, говорится в письме, доход учителей снизился в среднем на 1—3 тысячи рублей при увеличении нагрузки на 4—6 академических часов. Кроме того, “система начисления стимулирующей части зарплаты, не имеющая прозрачной формулы расчета, стала почвой для злоупотреблений и сведения счетов в коллективах”, считают учителя.