По оценке директора центра Татьяны Клячко, к 2008 году наши люди фактически свыклись с тем, что за образование надо платить. 17% студентов учатся в негосударственных вузах. В государственных также почти половина платит за свое обучение. Таким образом, хоть бюджетное образование и остается наиболее престижным, за собственный счет учатся уже две трети российских студентов. Условия оплаты при этом постоянно меняются. Если до 2002 года учеба в негосударственном вузе стоила дороже, чем на платном отделении государственного или муниципального, то сейчас наблюдается противоположная тенденция. Стоимость “контракта” в госвузах к 2008 году превысила расценки негосудаственных на 20—25%.
Неожиданный поворот стал непросчитанным последствием увеличения госфинансирования образования. По сравнению с 2004 годом расходы государства на одного бюджетного студента в 2008 году выросли почти втрое и достигли в среднем 52 тыс. руб. в год (и это без стипендий и еще некоторых расходов).
Система образования и вузы, в частности, от этого только выиграли. Однако судьба “платников” была предрешена. Едва это произошло, примерно до той же отметки поднялись и цены для них — учить контрактников за меньшие деньги вузы, разумеется, не стали.
Одновременно выяснилось еще одно важное обстоятельство. Надежды реформаторов, что ЕГЭ искоренит репетиторство и покончит с коррупцией, не оправдались. До введения Единого госэкзамена затраты населения на поступление оценивались в $0,5—1 млрд. Примерно 10—15% этой суммы, по оценке Татьяны Клячко, составляли прямые взятки, еще 50—60% — услуги репетиторов, вооружавших своих подопечных знаниями, и в том числе необходимыми для поступления в конкретный вуз, т.е, по сути дела, инсайдерской информацией, и еще около трети суммы — услуги репетиторов, которые не столько учили, сколько помогали поступить.
Со всем этим собирались покончить единым махом. По первоначальным расчетам, уход от традиционных экзаменов должен был положить конец коррупции в образовании, а их обезличка при помощи ЕГЭ — покончить с монополией вузовских преподавателей. Таким образом предполагалось не только вывести репетиторство из тени, но значительно сбить цены на этот вид промысла. На практике все вышло по-другому. Вузовские репетиторы, а с ними и цены на их услуги дрогнули лишь в первые год-два после введения ЕГЭ. Затем ситуация не просто вернулась к исходной точке, но вдобавок усугубилась.
Так, в Воронежской области затраты на репетиторов из вуза для абитуриентов 2002 года, по данным социологических исследований, составили в среднем 6,6 тыс. рублей, а после введения ЕГЭ в 2003 году — всего 3,2 тыс. рублей. Однако радость была недолгой: уже в 2004 году система репетиторства, заточенного под подготовку в вуз, приспособилась и переварила ЕГЭ — затраты на нее поднялись до 11,8 тыс. рублей. Кроме того, появилась новая репетиторская услуга: подготовка к самому Единому госэкзамену, которая стоила еще 2,6 тыс. руб. Дальше цены только росли. А коррупция… Она просто сдвинулась на другой уровень: при сдаче ЕГЭ и при сдаче экзаменов и зачетов уже в вузе.
Повышение стоимости учебы в госвузах застало общество врасплох. Пережили его без потерь лишь наиболее обеспеченные слои населения. Среднестатистический же россиянин, по оценке Центра экономики непрерывного образования, мог тратить на обучение не более 30—40 тыс. руб. в год. А значит, платные места дневных отделений госвузов стали ему не по карману. Народ бросился искать более дешевые варианты и вскоре их нашел. В России начался бум заочного образования и возврат былой популярности негосударственных вузов.
По данным Росстата, сейчас заочником является практически каждый второй российский студент. А наметившийся в начале 2000-х годов отток студентов из негосударственных вузов сменился в последние два года обратным движением. Лишь за последний год число коммерческих вузов увеличилось на 20 и достигло 450, а общая численность принятых туда студентов выросла на 6%.
За редким исключением государственные вузы в России сильнее частных. А это значит, что падение качества образования в стране не только не преодолено, но даже усиливается. Это и понятно: по сравнению с 1992 годом численность студентов возросла в 2,7 раза, а преподавателей — только на 40%. Многие из них совместительствуют и работают в нескольких вузах сразу, а это еще больше снижает уровень преподавания. Впереди же, подчеркнула Татьяна Клячко “МК”, наше высшее образование ждут более сложные времена. С 2009 года оно вступает в “двухуровневую” эпоху (бакалавриат и магистратура) и одновременно — в “демографическую яму”. А это значит, что вопросом №1 повестки дня становится проблема численности студентов.
Сейчас, по словам Татьяны Клячко, “вузы сохраняют контингент во многом тем, что оттягивают студентов из системы среднего профессионального образования”. Однако уже в ближайшем будущем удержаться на плаву за счет экстенсивного развития им не удастся. Вузам придется на ходу учиться жить по-новому либо закрыться. Между тем пока, по ее словам, они “как плохой генерал — готовятся к прошлой войне”.
СПРАВКА "МК"
В 2003 году в Москве было 103 негосударственных вуза, в 2005-м — 123, в 2007-м — 144 (всего сейчас в России порядка 800 коммерческих альма-матер). Увеличивается и численность студентов частных вузов — с 344 тыс. в 2003 году до 423 тыс. в 2007 году.
ИСТОЧНИК: МК
